картины крамской иван

Иван Крамской "Обиженный жиденок"Иван Крамской " Незнакомка" ( на картине-известная жидовская проститутка)Положение героини Крамского это положение изгоя, отвергнутого обществом и возвращающего ему его презрение. Мотив противостояния враждебному окружению явно выражен в картине. Крамской раскрыл трагическое одиночество человека, которого никто не любит и который сам уже не в состоянии любить; болезненное желание самоутвердиться и при этом ранимость, неспособность к контакту с миром и людьми. «Я» героини это «я», прежде всего, готовое к отпору, к обороне. В ее взгляде вызов, но за ним читается внутренняя опустошенность и надломленность***Иван Крамской был младшим в семье, как тогда говорили, поскребышем. Дед и отец были в Острогожске письмоводителями в уездной думе. Мать была казачка. Когда родился Иван, ей было уже за сорок._____________Об авторе биографии Крамского: А. И. Цомакион (1855-1922) - дочь одесского врача, получившая хорошее образование. Юность провела в Одессе, потом вышла замуж и уехала в Казаньв 1892 году возвращается в Одессу. В Одессе она взяла на себя заведование городским педагогическим музеем, чему пыталась препятствовать полиция, припомнив Анне Цомакион нижегородские связи с поднадзорными.____Снова началась борьба со старшим братом, который тяготился обязанностью содержать Ваню. Но тут произошло событие, сразу решившее судьбу юноши. В это время, то есть в 1853 году, производилось передвижение войск по случаю Севастопольской кампании. К Острогожску двинули драгунский полк, одновременно с которым приехал туда из Харькова фотограф-еврей, Яков Петрович Данилевский, в надежде, что благодаря стечению праздного военного люда, частым парадам и разводам можно будет зашибить копейку. Ожидания эти сбылись; работа закипела. На беду, в самый разгар лихорадочной деятельности запивает ретушер. В отчаянии Данилевский отправляется к товарищу по работе, Тулинову, предлагая ему ретушировать его работы за какую угодно цену. Не имея ни малейшего желания взяться за это дело, Тулинов указал на Ваню и вместе с ним занялся отделкой нескольких взятых на пробу фотографий. Общими силами они добились того, что фотографии вышли у них лучше, нежели у харьковского ретушера. Обрадованный Данилевский начал переговоры со старшими братьями Вани. Но мать долго не соглашалась на просьбу сына отпустить его на службу к фотографу. Ее смущало еврейское происхождение последнего (известна антипатия малороссов к евреям), и не убеждали даже уверения Тулинова и других знакомых, вмешавшихся в это дело, что он хотя и еврей, но крещеный. В конце концов она, однако, уступила; контракт был заключен, и Крамской поступил к Данилевскому на службу в качестве ретушера и акварелиста на жалованье в два рубля пятьдесят копеек в месяц. С этих пор, говорит Тулинов, Ваня стал Иваном Николаевичем Крамским. В это время ему было шестнадцать лет. Когда работа в Острогожске закончилась, Данилевский уехал в Харьков и через два месяца выписал к себе "Ивана Николаевича".Жизнь Крамского у фотографа далеко нельзя было назвать счастливой. Еврей эксплуатировал своего молодого помощника. В том же дневнике, написанном для друга, Крамской дает следующую характеристику своего патрона: "Своих понятий в живописи он вовсе почти не имеет, а следует по большей части суждению посторонних, в которых, так же как и в моем герое, случается не слишком много знания, да к тому же он живет в самом посредственном круге жителей города. В домашней жизни он человек очень хороший, вне же семейства он... или нет, нет, лучше я ничего не скажу". Видно, сказать бы пришлось нечто не особенно лестное. Далее он сознается, что Данилевский своим жидовским характером и поступками незаметно даже для него сильно портит ему настроение. Ко всем бедам присоединялась еще и полная неудовлетворенность юноши работой у Данилевского, которого он, как видно из его слов, признавал безусловным профаном в живописи. "Портреты его выходят препошлыми; как выразился один остряк - это месяц в полнолунии". И над этими-то антихудожественными произведениями Данилевского он, художник и эстетик до мозга костей, должен был работать большую часть дня. Терпеливо перенося всевозможные невзгоды, Крамской находил утешение в дружбе с сыном Данилевского, гимназистом.С тем же Данилевским, у которого Крамской прослужил три года, он объездил чуть ли не пол-России: побывал в Орле, Туле, Курске, Москве, Казани, Нижнем Новгороде. Наконец, повздорив с хозяином в Нижнем Новгороде, уехал в Петербург, где поступил ретушером к фотографу Александровскому. В этой должности Крамской работал так успешно, его ретушерская кисточка создавала такие chef-d'oeuvre'ы, что скоро благодаря ему Александровский сделался "фотографом Его Императорского Величества", получил "Орла" и вся знать стала сниматься у него, изменив гремевшей в то время фотографии Левицкого. Впоследствии Крамской был приглашен в фотографию Деньepa, которая благодаря все той же волшебной кисточке не замедлила в свою очередь занять первое место в ряду петербургских фотографий. Есть подозрения,что жена Крамского -Софа, была негалахической жидовкой.Негалахической- потому что маманя у ней была русская,ну а выкресто

талантливые гои в плену у кагала.(художники- передвижники)July 8th, 2009 - 09:51 pm

August 2010 4 6 10111213141516171819202122232425262728293031

 Бегом от СУПа - Post a comment

Бегом от СУПа - Post a comment